Той стороне Владимир Маяковский

Краткий анализ стихотворения «Той стороне»

Суть произведения: Лирическое «мы» футуристов бросает радикальный вызов традиционному мещанскому обществу и академическому искусству, провозглашая рождение новой, живой эстетики из хаоса войн и социальных потрясений.

Главная мысль: Истинное искусство не должно быть музейным украшением старого мира или привилегией элиты; оно обязано стать революционной силой, созидающей будущее вместе с обновленным человечеством.

Паспорт произведения

Автор:

Владимир Владимирович Маяковский (1893–1930)

Год написания:

1918 (Эпоха революционных потрясений и формирования нового авангардного искусства)

Литературное направление:

Футуризм (кубофутуризм). Текст является ярким образцом программного манифеста, отрицающего эстетику прошлого ради утилитарного искусства будущего.

Жанр:

Гражданская лирика

Размер и метр:

Акцентный стих (тоническое стихосложение). Ритм держится на равном количестве ударений в строках при произвольном числе безударных слогов, что создает эффект чеканного, ораторского шага. Рифмовка смешанная.

Тема:

Эстетический бунт, роль искусства в революции

Текст стихотворения

Мы
не вопль гениальничанья —
«все дозволено»,
мы
не призыв к ножовой расправе,
мы
просто
не ждем фельдфебельского
«вольно!»,
чтоб спину искусства размять,
расправить.
Гарцуют скелеты всемирного Рима
на спинах наших.
В могилах мало́ им.
Так что ж удивляться,
что непримиримо
мы
мир обложили сплошным «долоем».
Характер различен.
За целость Венеры вы
готовы щадить веков камарилью.
Вселенский пожар размочалил нервы.
Орете:
«Пожарных!
Горит Мурильо!»
А мы —
не Корнеля с каким-то Расином —
отца, —
предложи на старье меняться, —
мы
и его
обольем керосином
и в улицы пустим —
для иллюминаций.
Бабушка с дедушкой.
Папа да мама.
Чинопочитанья проклятого тина.
Лачуги рушим.
Возносим дома мы.
А вы нас —
«ловить арканом картинок!?»
Мы
не подносим —
«Готово!
На блюде!
Хлебайте сладкое с чайной ложицы!»
Клич футуриста:
были б люди —
искусство приложится.
В рядах футуристов пусто.
Футуристов возраст — призыв.
Изрубленные, как капуста,
мы войн,
революций призы.
Но мы
не зовем обывателей гроба.
У пьяной,
в кровавом пунше,
земли —
смотрите! —
взбухает утроба.
Рядами выходят юноши.
Идите!
Под ноги —
топчите ими —
мы
бросим
себя и свои творенья.
Мы смерть зовем рожденья во имя.
Во имя бега,
паренья,
реянья.
Когда ж
прорвемся сквозь заставы,
и праздник будет за болью боя, —
мы
все украшенья
расставить заставим —
любите любое!

Толкование устаревших слов

Фельдфебельское

Относящееся к фельдфебелю (старшему унтер-офицеру в царской армии). В контексте стихотворения символизирует грубую муштру, казарменные порядки и авторитарное подавление свободы.

Камарилья

Группа придворных интриганов, влияющая на ход государственных дел. Здесь Маяковский использует слово метафорически, обозначая хранителей старых, отживших свой век традиций.

Мурильо

Бартоломе Эстебан Мурильо — знаменитый испанский живописец XVII века. Упоминается как символ классического, «музейного» искусства, которое защищают консерваторы.

Корнель и Расин

Пьер Корнель и Жан Расин — великие французские драматурги эпохи классицизма. Для футуриста Маяковского они олицетворяют академические каноны, подлежащие низвержению.

Глубокий анализ

Средства художественной выразительности

Идейно-художественное своеобразие текста во многом определяется новаторским подходом автора к тропам. Маяковский прибегает к эстетике эпатажа и депоэтизации.

Композиция и лирический герой

Композиционная структура стихотворения строится на принципе антитезы: «Мы» (авангардисты, творцы будущего) противопоставляются «Вам» (защитникам «той стороны», консерваторам, мещанам). Важнейшей особенностью является отсутствие индивидуального лирического «я». На его место встает коллективный лирический субъект — монолитное «Мы». Динамика текста развивается от полемического отрицания («мы не вопль…») к агрессивному разрушению старых кумиров («обольем керосином»), а затем выходит на философский уровень самопожертвования: футуристы готовы бросить «себя и свои творенья» под ноги новым поколениям ради «бега, паренья, реянья».

Тематика и проблематика

Центральная тема произведения — эстетическая программа футуризма в условиях социальной катастрофы. Маяковский поднимает проблему соотношения искусства и реальной жизни. Для него неприемлемо искусство как «сладкое с чайной ложицы» — комфортное потребление для элиты. Проблематика стихотворения охватывает радикальный эстетический нигилизм: отказ от авторитетов (Корнель, Расин, Венера) не является актом слепого вандализма. Это осознанная необходимость расчистить строительную площадку для новой культуры («Лачуги рушим. / Возносим дома мы»). Искусство объявляется производным от человеческой витальности: «были б люди — искусство приложится».

История создания

Стихотворение было написано в начале 1918 года и впервые опубликовано в единственном номере «Газеты футуристов» (15 марта 1918 г.), одним из редакторов которой был сам Маяковский. Исторический контекст — первые месяцы после Октябрьской революции, время разрушения Российской империи и Первой мировой войны («изрубленные, как капуста, мы войн, революций призы»). Название «Той стороне» является прямым обращением-вызовом к представителям старой буржуазной культуры, не принявшим революцию и пытавшимся спасти обломки классического академического наследия. Маяковский выступает здесь как идеолог нового, левого искусства.

Экспертный взгляд

Стихотворение «Той стороне» представляет собой квинтэссенцию ранней футуристической парадигмы В.В. Маяковского, в которой эстетический бунт неразрывно сливается с бунтом социальным. В отличие от манифеста «Пощечина общественному вкусу» (1912), где призыв «бросить Пушкина с Парохода Современности» носил преимущественно литературно-эпатажный характер, текст 1918 года обретает пугающую историческую плоть. Угроза «облить керосином» Корнеля и Расина звучит на фоне реальных «вселенских пожаров» и крушения империй.

Особого внимания заслуживает хронотоп произведения. Пространство стихотворения глобально — от «всемирного Рима» до безымянных улиц, предназначенных для «иллюминаций». Время же направлено строго в будущее. Маяковский совершает акт высочайшего творческого самоотречения: он не просто свергает старых идолов, чтобы занять их место на пьедестале. Лирический субъект готов пожертвовать собственным искусством («мы бросим себя и свои творенья») ради тех юношей, которых рождает «земля в кровавом пунше». Это делает стихотворение не только декларацией вандализма, как часто трактовали его современники-критики, но и глубоко трагическим гимном во имя непрерывного обновления жизни.

Частые вопросы

Почему Маяковский призывает «облить керосином» Корнеля и Расина?

Это не призыв к физическому уничтожению книг. Корнель и Расин выступают здесь как символы мертвого, застывшего академического искусства (классицизма). Маяковский использует метафору сожжения, чтобы показать необходимость полного разрыва с устаревшими канонами, которые мешают развитию нового, живого искусства, отвечающего ритмам революционной эпохи.

Кому адресовано стихотворение и что значит название «Той стороне»?

Название обозначает идеологических и эстетических противников футуристов — «ту сторону» баррикад. Это обращение к буржуазии, консервативным критикам, мещанам и защитникам традиционного музейного искусства, которые ужасаются происходящим историческим сломам и пытаются сохранить старый уклад.

В чем заключается смысл финала стихотворения?

В финале Маяковский показывает, что разрушение — не самоцель футуристов. Когда закончится «боль боя» и наступит праздник нового мира, искусство снова станет украшением жизни («мы все украшенья расставить заставим»). Но это будет уже новое искусство, органично вплетенное в свободную жизнь, где люди смогут «любить любое» без навязанных академических рамок.