Что же мы о воле да о воле
в этой бедной комнатке своей?
Ничего не видно в синем поле.
Ни костров, ни белых лошадей.
Говорят, что можно быть свободным
даже в тесной камере тюрьмы.
Нам же душно, добрым и голодным,
в поле от Москвы до Колымы…
Улетишь на Запад в самолете –
там ли воля вольная царит?
Грусть-тоску утопишь в самогонке –
здесь ли воля птицею парит?
Брат мой вышел в огнеликий космос…
говорит: хоть страшно, да тесно’!
Воля-воля, где твой чистый голос?
Перышко летает, как письмо…