Ночь гудела и пела, как улей Константин Ваншенкин

Ночь гудела и пела, как улей,
Даль разрывами ярко цвела.
Буржуазной деникинской пулей
Был боец опрокинут с седла.
Пораженный большой тишиною,
Все забыв и лишь сам не забыт,
На дорогу упал он спиною
Меж летящих беззвучных копыт.
…И вдали над родимой сторонкой
Тоже тишь. Все от снега бело.
Молодой почтальон с «похоронкой»
Постучал на рассвете в стекло.
Похоронную отдал привычно,
Закурил и пошел стороной.
Но теперь и бойцу безразлично,
Что там будет с любимой женой.
Он лежал непохожий и кроткий,
На дорогу упав с высоты,
Зацепившись зеленой обмоткой
За растущие рядом кусты.
Пропылил эскадрон, пролетая
Сквозь катящийся пушечный гром.
И вставал, как заря золотая,
Коммунизм за ближайшим бугром.