Фелица Гавриил Державин

Краткий анализ стихотворения «Фелица»

Суть произведения: Поэт создает идеализированный образ просвещенной монархини (Екатерины II), противопоставляя ее добродетели порокам и слабостям своих современников-вельмож. Через похвалу императрице автор сатирически обличает праздность и нравственное разложение аристократии.

Главная мысль: Истинное величие правителя заключается не в пышности двора и тирании, а в человечности, соблюдении законов, мудрости и простоте жизни, которые служат примером для подданных.

Паспорт произведения

Автор:

Гавриил Романович Державин (1743–1816)

Год написания:

1782 (Эпоха Просвещения в России)

Литературное направление:

Классицизм (с новаторским нарушением канона: смешение «высокого» штиля оды с «низким» сатирическим стилем).

Жанр:

Ода

Размер и метр:

Четырехстопный ямб с перекрестной рифмовкой (АбАб). Ритмический рисунок богат пиррихиями, что придает стиху легкость и разговорную интонацию.

Тема:

Просвещенная монархия, добродетель и человеческие слабости

Текст стихотворения

Богоподобная царевна
Киргиз-Кайсацкия орды!
Которой мудрость несравненна
Открыла верные следы
Царевичу младому Хлору
Взойти на ту высоку гору,
Где роза без шипов растет,
Где добродетель обитает,-
Она мой дух и ум пленяет,
Подай найти ее совет.

Подай, Фелица! наставленье:
Как пышно и правдиво жить,
Как укрощать страстей волненье
И счастливым на свете быть?
Меня твой голос возбуждает,
Меня твой сын препровождает;
Но им последовать я слаб.
Мятясь житейской суетою,
Сегодня властвую собою,
А завтра прихотям я раб.

Мурзам твоим не подражая,
Почасту ходишь ты пешком,
И пища самая простая
Бывает за твоим столом;
Не дорожа твоим покоем,
Читаешь, пишешь пред налоем
И всем из твоего пера
Блаженство смертным проливаешь;
Подобно в карты не играешь,
Как я, от утра до утра.

Не слишком любишь маскарады,
А в клоб не ступишь и ногой;
Храня обычаи, обряды,
Не донкишотствуешь собой;
Коня парнасска не седлаешь,
К духам в собранье не въезжаешь,
Не ходишь с трона на Восток;
Но кротости ходя стезею,
Благотворящею душою,
Полезных дней проводишь ток.

А я, проспавши до полудни,
Курю табак и кофе пью;
Преобращая в праздник будни,
Кружу в химерах мысль мою:
То плен от персов похищаю,
То стрелы к туркам обращаю;
То, возмечтав, что я султан,
Вселенну устрашаю взглядом;
То вдруг, прельщаяся нарядом,
Скачу к портному по кафтан.

Или в пиру я пребогатом,
Где праздник для меня дают,
Где блещет стол сребром и златом,
Где тысячи различных блюд:
Там славный окорок вестфальской,
Там звенья рыбы астраханской,
Там плов и пироги стоят,
Шампанским вафли запиваю;
И все на свете забываю
Средь вин, сластей и аромат.

Или средь рощицы прекрасной
В беседке, где фонтан шумит,
При звоне арфы сладкогласной,
Где ветерок едва дышит,
Где все мне роскошь представляет,
К утехам мысли уловляет,
Томит и оживляет кровь;
На бархатном диване лежа,
Младой девицы чувства нежа,
Вливаю в сердце ей любовь.

Или великолепным цугом
В карете англинской, златой,
С собакой, шутом или другом,
Или с красавицей какой
Я под качелями гуляю;
В шинки пить меду заезжаю;
Или, как то наскучит мне,
По склонности моей к премене,
Имея шапку набекрене,
Лечу на резвом бегуне.

Или музыкой и певцами,
Органом и волынкой вдруг,
Или кулачными бойцами
И пляской веселю мой дух;
Или, о всех делах заботу
Оставя, езжу на охоту
И забавляюсь лаем псов;
Или над невскими брегами
Я тешусь по ночам рогами
И греблей удалых гребцов.

Иль, сидя дома, я прокажу,
Играя в дураки с женой;
То с ней на голубятню лажу,
То в жмурки резвимся порой;
То в свайку с нею веселюся,
То ею в голове ищуся;
То в книгах рыться я люблю,
Мой ум и сердце просвещаю,
Полкана и Бову читаю;
За библией, зевая, сплю.

Таков, Фелица, я развратен!
Но на меня весь свет похож.
Кто сколько мудростью ни знатен,
Но всякий человек есть ложь.
Не ходим света мы путями,
Бежим разврата за мечтами.
Между лентяем и брюзгой,
Между тщеславья и пороком
Нашел кто разве ненароком
Путь добродетели прямой.

Нашел,- но льзя ль не заблуждаться
Нам, слабым смертным, в сем пути,
Где сам рассудок спотыкаться
И должен вслед страстям идти;
Где нам ученые невежды,
Как мгла у путников, тмят вежды?
Везде соблазн и лесть живет,
Пашей всех роскошь угнетает.-
Где ж добродетель обитает?
Где роза без шипов растет?

Тебе единой лишь пристойно,
Царевна! свет из тьмы творить;
Деля Хаос на сферы стройно,
Союзом целость их крепить;
Из разногласия согласье
И из страстей свирепых счастье
Ты можешь только созидать.
Так кормщик, через понт плывущий,
Ловя под парус ветр ревущий,
Умеет судном управлять.

Едина ты лишь не обидишь,
Не оскорбляешь никого,
Дурачествы сквозь пальцы видишь,
Лишь зла не терпишь одного;
Проступки снисхожденьем правишь,
Как волк овец, людей не давишь,
Ты знаешь прямо цену их.
Царей они подвластны воле,-
Но богу правосудну боле,
Живущему в законах их.

Ты здраво о заслугах мыслишь,
Достойным воздаешь ты честь,
Пророком ты того не числишь,
Кто только рифмы может плесть,
А что сия ума забава
Калифов добрых честь и слава.
Снисходишь ты на лирный лад:
Поэзия тебе любезна,
Приятна, сладостна, полезна,
Как летом вкусный лимонад.

Слух идет о твоих поступках,
Что ты нимало не горда;
Любезна и в делах и в шутках,
Приятна в дружбе и тверда;
Что ты в напастях равнодушна,
А в славе так великодушна,
Что отреклась и мудрой слыть.
Еще же говорят неложно,
Что будто завсегда возможно
Тебе и правду говорить.

Неслыханное также дело,
Достойное тебя одной,
Что будто ты народу смело
О всем, и въявь и под рукой,
И знать и мыслить позволяешь,
И о себе не запрещаешь
И быль и небыль говорить;
Что будто самым крокодилам,
Твоих всех милостей зоилам,
Всегда склоняешься простить.

Стремятся слез приятных реки
Из глубины души моей.
О! коль счастливы человеки
Там должны быть судьбой своей,
Где ангел кроткий, ангел мирной,
Сокрытый в светлости порфирной,
С небес ниспослан скиптр носить!
Там можно пошептать в беседах
И, казни не боясь, в обедах
За здравие царей не пить.

Там с именем Фелицы можно
В строке описку поскоблить,
Или портрет неосторожно
Ее на землю уронить.
Там свадеб шутовских не парят,
В ледовых банях их не жарят,
Не щелкают в усы вельмож;
Князья наседками не клохчут,
Любимцы въявь им не хохочут
И сажей не марают рож.

Ты ведаешь, Фелица! правы
И человеков и царей;
Когда ты просвещаешь нравы,
Ты не дурачишь так людей;
В твои от дел отдохновеньи
Ты пишешь в сказках поученьи
И Хлору в азбуке твердишь:
«Не делай ничего худого,
И самого сатира злого
Лжецом презренным сотворишь».

Стыдишься слыть ты тем великой,
Чтоб страшной, нелюбимой быть;
Медведице прилично дикой
Животных рвать и кровь их лить.
Без крайнего в горячке бедства
Тому ланцетов нужны ль средства,
Без них кто обойтися мог?
И славно ль быть тому тираном,
Великим в зверстве Тамерланом,
Кто благостью велик, как бог?

Фелицы слава, слава бога,
Который брани усмирил;
Который сира и убога
Покрыл, одел и накормил;
Который оком лучезарным
Шутам, трусам, неблагодарным
И праведным свой свет дарит;
Равно всех смертных просвещает,
Больных покоит, исцеляет,
Добро лишь для добра творит.

Который даровал свободу
В чужие области скакать,
Позволил своему народу
Сребра и золота искать;
Который воду разрешает
И лес рубить не запрещает;
Велит и ткать, и прясть, и шить;
Развязывая ум и руки,
Велит любить торги, науки
И счастье дома находить;

Которого закон, десница
Дают и милости и суд.-
Вещай, премудрая Фелица!
Где отличен от честных плут?
Где старость по миру не бродит?
Заслуга хлеб себе находит?
Где месть не гонит никого?
Где совесть с правдой обитают?
Где добродетели сияют?-
У трона разве твоего!

Но где твой трон сияет в мире?
Где, ветвь небесная, цветешь?
В Багдаде? Смирне? Кашемире? —
Послушай, где ты ни живешь,-
Хвалы мои тебе приметя,
Не мни, чтоб шапки иль бешметя
За них я от тебя желал.
Почувствовать добра приятство
Такое есть души богатство,
Какого Крез не собирал.

Прошу великого пророка,
Да праха ног твоих коснусь,
Да слов твоих сладчайша тока
И лицезренья наслаждусь!
Небесные прошу я силы,
Да, их простря сафирны крылы,
Невидимо тебя хранят
От всех болезней, зол и скуки;
Да дел твоих в потомстве звуки,
Как в небе звезды, возблестят.

Толкование устаревших слов и аллюзий

Фелица

Имя главной героини «Сказки о царевиче Хлоре», написанной самой Екатериной II для внука. Державин использует это имя как аллегорию самой императрицы.

Мурза

Татарский титул знати. В оде Державин называет себя и других вельмож «мурзами», подчеркивая восточный, ленивый и сибаритский образ жизни, противопоставленный деятельности императрицы.

Хлор

Персонаж сказки Екатерины II, царевич, ищущий «розу без шипов» (добродетель).

Зоил

Имя древнегреческого критика, ставшее нарицательным для обозначения злобного и завистливого хулителя.

Калиф

В данном контексте — намек на восточных правителей, покровителей искусств (аллюзия на Гаруна аль-Рашида).

Свайка

Народная игра, заключающаяся в метании большого гвоздя в кольцо.

Глубокий анализ

История создания и исторический контекст

Стихотворение было написано в 1782 году и стало поворотным моментом в карьере Гавриила Державина. Поэт вдохновился «Сказкой о царевиче Хлоре», сочиненной Екатериной II, и решил использовать её образы для создания панегирика. Ода была опубликована в журнале «Собеседник любителей российского слова» и произвела фурор при дворе. Императрица, прочитав стих, была тронута до слез и наградила поэта золотой табакеркой с червонцами. Уникальность исторического момента заключалась в том, что Державин впервые осмелился изобразить монарха не как недосягаемое божество, а как живого человека («подобно в карты не играешь», «ходишь пешком»), при этом сатирически высмеяв ее фаворитов — Г. Потемкина, А. Орлова и П. Панина, скрытых под собирательным образом «Мурзы».

Тематика и проблематика

Центральная тема произведения — утверждение идеала просвещенного монарха. Державин поднимает острую социально-политическую проблематику: контраст между мудрым правлением и паразитическим образом жизни аристократии. Основной конфликт строится на антитезе «добродетель — порок». Фелица воплощает законность, милосердие и трудолюбие («Богу правосудну боле, живущему в законах их»), в то время как лирический герой (Мурза) олицетворяет человеческие слабости, лень, чревоугодие и тщеславие. Державин утверждает идею, что величие правителя измеряется не страхом подданных, а их любовью и соблюдением законов.

Композиция и лирический герой

Композиционно ода делится на несколько смысловых частей. Вступление вводит образ Фелицы и отсылает к её сказке. Основная часть построена на приеме параллелизма: описание скромного быта императрицы чередуется с колоритными картинами разгульной жизни вельмож. Лирический герой здесь сложен: это «я» автора, сливающееся с собирательным образом русского барина (Мурзы). Этот герой самокритичен («Таков, Фелица, я развратен!»), что придает оде живую, доверительную интонацию, несвойственную торжественному жанру классицизма.

Средства художественной выразительности

Экспертный взгляд

Ода «Фелица» совершила настоящую революцию в русской литературе XVIII века. До Державина жанр оды был строго регламентирован: он требовал высокого штиля, мифологических сравнений и исключительной торжественности (как у Ломоносова). Державин же смело соединил панегирик (хвалу) с сатирой, создав уникальный жанр «смешанной оды». Он ввел в поэзию «забавный русский слог», где рядом с философскими размышлениями соседствуют описания еды («окорок вестфальской», «плов»), одежды и бытовых сцен.

Важнейшим достижением Державина стала гуманизация образа монарха. Екатерина II предстает не как абстрактный символ власти, а как земная женщина, занятая делами, любящая прогулки и воздержанная в еде. Это разрушало дистанцию между властью и обществом, предлагая новую модель отношений: не рабское подчинение, а диалог просвещенных людей. «Фелица» стала манифестом русского просвещенного абсолютизма, но в то же время — зеркалом русской души с её широтой, крайностями и вечным поиском «розы без шипов».

Частые вопросы

Кого высмеивает Державин в образе Мурзы?

Под собирательным образом Мурзы скрываются конкретные фавориты Екатерины II. Чревоугодие списано с Григория Потемкина, любовь к псовой охоте — с Петра Панина, а страсть к кулачным боям и скачкам — с Алексея Орлова. Поэт приписал эти пороки своему лирическому герою («я»), чтобы смягчить сатиру.

Почему ода называется «Фелица»?

Название взято из «Сказки о царевиче Хлоре», которую написала сама Екатерина II для своего внука Александра. В сказке Фелица — это киргиз-кайсацкая царевна, помогающая найти добродетель. Державин использовал этот литературный псевдоним, чтобы сделать комплимент императрице как автору.

В чем новаторство Державина в этой оде?

Новаторство заключается в смешении стилей (высокого и низкого) и жанров (оды и сатиры). Державин отказался от напыщенной риторики, ввел в стих бытовые детали, разговорную лексику и нарисовал живой, реалистичный портрет императрицы вместо застывшего идола.