В степи трещали коростели
и разливалась теплота.
Передо мной лежал пропеллер,
обломок старого винта.
Здесь неизвестность величаво
хранима небом и землей,
и только мужество и слава
в дремоте ласки полевой
спокойно вам напоминают,
по травам сомкнутым скользя,
что есть еще стезя иная,
как дух, высокая стезя…