Федор Сологуб

Короткие стихи Ф. Сологуба

Короткие стихотворения Федора Сологуба — это квинтэссенция русского символизма, где в лаконичной форме зашифрована сложнейшая философская онтология автора. В этих миниатюрах поэт отказывается от избыточной описательности, стремясь к созданию «твоpимой легенды» через магию ритма и предельную концентрацию смыслов. Здесь каждое слово выверено с математической точностью, превращая лирическое высказывание в своеобразное заклинание.

В этой подборке вы найдете произведения, объединенные общим художественным замыслом:

  • Гипнотическая ритмика: Использование простых классических размеров для создания эффекта монотонного, завораживающего напева.
  • Дуализм бытия: Постоянное противопоставление грубой земной реальности («злой жизни») и возвышенного мира мечты («Ойле»).
  • Символика смерти: Танатологические мотивы рассматриваются не как трагедия, а как желанное освобождение и переход в иное состояние (Утешительница-Смерть).

Для Федора Сологуба малая форма стала идеальным инструментом для выражения его солипсического мировоззрения. Будучи одним из «старших символистов», он привнес в русскую поэзию эстетику декаданса, где культ красоты сопряжен с отрицанием обыденности. Лирический субъект в этих стихах часто предстает как демиург, пересоздающий мир усилием воли, или как усталый путник, жаждущий покоя. Характерная для автора «ясность» и «прозрачность» стиха обманчива: за внешней простотой скрывается бездна метафизического ужаса и одновременно ледяного спокойствия.

«Поэзия Сологуба — это искусство кристаллизации мгновения. В его четверостишиях нет ничего лишнего, только холодное сияние символа и безупречная архитектура стиха, превращающая личное страдание в вечную красоту.»

— Редакция Lit-ra.su

Список произведений

Аллеею уродливых берез
Безгрешно всё, и всё смешно
Безочарованность и скуку
Безумно злое упоенье
Безумно осмеянной жизни
Белый мой цветок, таинственно-прекрасный
Бесконечный мальчик, босоножка вечный
Благослови свиные хари
Благословляю, жизнь моя
Блуждали молитвы мои
Будетлянка другу расписала щеку
Быть с людьми — какое бремя
В беспредельности пространства
В его устах двусмысленны слова
В иных веках, в иной отчизне
В моём бессилии люби меня
В моих мечтах такое постоянство
В молчаньи звёзд, в дыханьи ветра с полуночи
В небо ясное гляжу
В очарованьи здешних мест
В полдень мертвенно-зеленый
В пути, многократно измеренном
В путь пора — ладья готова
В светлый день похоронили
В стихийном буйстве жизни дикой
В стране безвыходной бессмысленных томлений
В этот час
Васильки на полях ослезились росой
Веет ветер мне навстречу
Венок из роз и гиацинтов
Веришь в грани? хочешь знать?
Верю в счастье, верю снова
Вечерний мир тебя не успокоил
Вздыхает под ногами мох
Во внутреннем дворе отеля
Во мне молитва рождена
Воздух, пестрый от дождя
Волна морская — веселый шум
Вон там, за этою грядою
Вот так придешь и станешь на камнях над рекою
Вот ухожу я от небес
Всё зеленее и светлее
Все мы, отвергнутые раем
Всё хочет петь и славить бога
Все эти ваши слова
Вспомни слёзы Ниобеи
Всю жизнь меня медлительно томила
Вчера в бессилие печали
Где-то есть тропа мечтательная
Глядит высокая луна
Гляжу на нивы, на деревья
Господь прославил небо, и небо — благость Божью
Грустен иду по дороге пустынной
Грустно любовь затаила последний привет
Грустное слово — конец
Гулял под зонтиком прекрасный кавалер
Давно создать умел я перлы
Дарованный тебе, Георгий
Дачный домик заколочен
Две лесные старушки и лесной старичок
День золотистой пылью
День только к вечеру хорош
Дивлюсь всему тому, что вижу
Долина пьет полночный холод
Дошутился, доигрался, докатился до сугроба
Дрожат круги на потолке
Душой росы, не выпитой пространством
Еврей боится попасть в шеол, как христианин в ад
Если б хотел я любить
Если невольно
Если ты чего-нибудь захочешь
Есть вдохновенье и любовь
Еще арба влечется здесь волами
Еще в полях белеет снег
Займитесь чтением в вагоне
Зальдивши тайный зной страстей, Валерий
Запечатлеть бегущего мгновенья
Засмеёшься ли ты, — мне невесело
Зачем любить? Земля не стоит
Защекочут до смеха, защекочут до дрожи
Звенела кованная медь
Зеленая вода гнилого моря
Земли смарагдовые блюда
Земля докучная и злая
Земной, желанный сердцу рай
Злой, золотой, беспощадно ликующий змей
Змеиные очи
Зыблется от ветра
Иду по улицам чужим
Из кадильницы с ладаном — дым благовонной волною
Изнемогающая вялость
Итальянец в красном жилете
К безвестным, дивным достижениям
Каждый год я болен в декабре
Как же богат я слезами
Как же огня не любит
Как на куртине узкой маки
Как ни грозит нам рок суровый
Какая нежная интимность
Какая радость — по дорогам
Какая смена настроений
Какие слабые цветы
Какое горькое питье
Каменные домики, в три окошка каждый
Касатики качаются
Клеветники толпою чёрной
Колёса по рельсам гудели
Кто же кровь живую льет
Кто понял жизнь, тот понял бога
Кто увидит искру? Виден только след
Купол церкви, крест и небо
Лампа моя равнодушно мне светит
Ландыши, ландыши, бедные цветы
Ласкою утра светла
Лёгким движеньем бессильной руки
Лежали груды мха на берегу морском
Лежу в траве на берегу
Лес и в наши дни, как прежде
Лживые двери твои безучастны
Либава, Либава, товарная душа
Ликуй, звени, блести, мой лёгкий, тонкий стих
Лиловый очерк снежных гор
Лукавый хохот гнусных баб
Луна взошла, и дол вздохнул
Любите, люди, землю, — землю
Люблю большие города
Люди вежливы и кротки
Матово-нагие плечи
Медленный обычай
Мерцает запах розы Жакмино
Мечта далёких вдохновений
Мечта любви неодолима
Мечтаю небом и землёй
Милая прохлада, — мгла среди полей
Моей свинцовой нищеты
Мои томительные дни
Мой прах истлеет понемногу
Молодой босой красавец
Моя далекая, но сердцу близкая
Моя душа тверда как сталь
Моя усталость выше гор
Мы устали преследовать цели
На бой я вышел одинокий
На него еще можно смотреть
На свете много благоуханной и озаренной красоты
На севере
На щеке прекрасной будетлянки
Навеки темный
Над плесом маленькой реки
Надо жить с людьми чужими
Надутый ветром серый парус
Напрасно исчисляю годы
Народ торжественно хоронит
Наслаждаяся любовью, лобызая милый лик
Не люблю, не обольщаюсь
Не надейся, не смущайся
Не надо долгого веселья
Не увлекайтесь созерцаньем
Не ужасай меня угрозой
Невнятною, тёмною речью
Невольный труд
Неживая, нежилая, полевая, лесовая, нежить горькая
Незабудки вдоль канавки
Ни человека, ни зверя
Ниву спелую волнуешь
Никого и ни в чем не стыжусь
Нине Каратыгиной
Но не затем к тебе вернуся
Новый человек во мне проснулся
Ночь настала рано
Ночь, тишина и покой. Что же со мной? Кто же со мной
Ну, что ж, вздымай свою вершину
О владычица смерть, я роптал на тебя
О как мы слабы и ничтожны
О лихорадочное лето
О ясных днях мечты блаженно строя
О, безмерная усталость
О.А. Глебовой-Судейкиной
Обдувайся, одуванчик
Огонёк в лесной избушке
Один в полях моих иду
Один свершаю долгий путь
Он промечтал всю ночь, пока в его окно
Он тёмен и суров, — и взор его очей
Опалённые долгой кручиной
Опьянение печали, озаренье тихих, тусклых свеч
Опять меня объемлет лень
Отбросив навеки зеленые пятна от очков
Отдыхая в теплой ванне
Откачнись, тоска моя, чудовище
Перванш и сольферино
Печальный аромат болот
Пламенем наполненные жилы
Пламеннее солнца сердце человека
Плачьте, дочери земли
По копейке четыре горшечка
По небесам идущий бог
По неизведанным путям
По ступеням древней башни поднимаюсь выше, выше
По тем дорогам, где ходят люди
Под холодною властью тумана
Позолотила ноготки
Покоя мёртвых не смущай
Полдневный сон природы
Помню я полдень блаженный
Порочный отрок, он жил один
После жизни недужной и тщетной
Поэт, привыкший к нищете
Прачка с длинною косою
Прекрасный Днепр, хохлацкая река
Приветом роз наполнено купе
Привиденья нас боятся
Прижаться к милому плечу
Прикосновенье сочных трав
Природа учится у нас
Провинциалочка восторженная
Пройду над влагами болот
Пройдут все эти дни, вся жизнь совьется наша
Прощая жизни смех злорадный
Птичка — только канарейка, домик — только клетка
Пурпуреа на закате расцвела
Пусть будет все не так, как было
Разнообразность городов
Расцветайте, расцветающие
Рая не знаем, сгорая
Реет снег. Темна дорога
Ржавый дым мешает видеть
Ризой бледно-голубою
Рождает сердце в песнях и радость и печаль
Розы битв жестоких
Розы Вячеслава Иванова
Рудо-желтый и багряный
Ручью
С вами я, и это — праздник, потому что я — поэт
Сверкайте, миги строгих дней
Светлой предутренней грёзой
Святых имен твоих не знаю
Себе я покупаю смерть
Сердце дрогнуло от радости
Сердце жаждет любви. В двери жизни немой
Сила песни звонкой сотрясает тело птички
Слова так странно не рифмуют
Словно лепится сурепица
Снег на увядшей траве
Снежное поле бесшумно
Солнце, которому больно
Сплетеньем роз венчайте милых жен
Спозаранку две служанки
Стихия Александра Блока
Та святая красота
Так величавы сосны эти
Твоя душа — немножко п………а
Тепло мне потому, что мой уютный дом
Теплый ветер веет мне в лицо
Тихий свет отбросив вверх, на потолок
Тихо, тихо над прадедовским прудом
Тишина
То не слёзы, — только росы, только дождь
Только будь всегда простою
Томилось небо так светло
Тонкий край свой месяц долу кажет
Торжественной праздности чадо
Туман и дождь. Тяжелый караван
Туманы над Волгою милой
Тщетное томление моей жизни
Ты гори, моя свеча
Ты не знаешь, невеста, не можешь ты знать
Ты ничего не говорила
Ты от жизни оторвался
Ты пришла ко мне с набором
Ты сжег мою умильную красу
Ты только для меня. Таинственно отмечен
У меня сто тысяч теней
У правительства нагайки, пулеметы и штыки
Убитые камнем дороги жестоки
Увидеть города и веси
Увидишь мир многообразный
Уж не тянусь, как прежде, я
Уйдёшь порой из солнечной истомы
Уныло плавала луна
Усмиривши творческие думы
Утонул я в горной речке
Фридрихштрассе
Цвети, безумная агава
Цветными шелками по беглому шелку я вышила милый
Цветы роняют вешний аромат
Чем бы и как бы меня ни унизили
Чем строже себя наблюдаю
Что в жизни мне всего милей
Что же ты знаешь об этом
Что может быть лучше дороги лесной
Эта странная труппа актеров и актрис
Этот зыбкий туман над рекой
Я — бог таинственного мира
Я был в лесу, и сеял маки
Я верен слову твоему
Я верю в творящего бога
Я верю, верю, верю, верю
Я возвращаюсь к человеку
Я воскресенья не хочу
Я ждал, что вспыхнет впереди
Я иду, печаль тая
Я к ногам любимой брошу
Я любви к тебе не знаю
Я ничего не знаю, какая радость есть
Я приготовился принять гостей
Я слагал эти мерные звуки
Я устал, — я едва только смею дышать

Художественное своеобразие и поэтика

В произведениях этого раздела ярко проявляется уникальный авторский стиль, который критики часто называют «магическим реализмом» эпохи модерна:

  • Суггестивность (внушение): Сологуб не описывает эмоцию, а внушает ее читателю через повторы, аллитерации и звукопись. Стихи работают как вербальные формулы, погружающие в транс.
  • Мифологизация обыденности: Простые предметы (качели, ключ, дверь) в коротких стихах обретают статус сакральных символов, открывающих проход в иномирие.
  • Ирония и сарказм: Наряду с высокой трагедией, в миниатюрах часто встречается «сологубовская ирония» — горькая насмешка над несовершенством человеческой природы и мироустройства.
  • Цветовая символика: Доминирование серых, сумеречных тонов, а также лунного света, символизирующего призрачность материального мира.

Гид по чтению: на что обратить внимание

При чтении короткой лирики Федора Сологуба важно абстрагироваться от поиска сюжетной линии. Сосредоточьтесь на звуковой организации текста: автор мастерски использует ассонансы (повтор гласных) для создания особого музыкального строя. Обратите внимание на антитезы «жизнь — смерть», «солнце — луна», «земля — небо». Попытайтесь уловить момент, когда бытовая зарисовка перерастает в философское обобщение — именно в этой точке трансформации кроется гениальность поэта.

Частые вопросы

Почему стихи Сологуба часто называют пессимистичными?

Это связано с философией декаданса, которой придерживался поэт. Однако называть это чистым пессимизмом не совсем верно. Сологуб не просто отрицает жизнь, он ищет выход из «земного плена» через творчество и смерть-освободительницу. Его печаль носит не депрессивный, а элегический и философски-созерцательный характер.

Что такое «Творимая легенда» в контексте его лирики?

Это ключевая концепция творчества Сологуба. Она подразумевает, что поэт не должен отражать грубую реальность (реализм), а должен силой своей фантазии и воли преображать мир, создавая новую, более совершенную действительность. Короткие стихи — это «кирпичики» этой новой реальности.

Кому будет интересна короткая лирика Сологуба?

Эти произведения идеально подходят для ценителей философской поэзии, символизма и литературы Серебряного века. Они будут близки тем, кто ищет в поэзии не бурных страстей, а интеллектуальной глубины, мистицизма и совершенства формы. Также они полезны филологам для изучения суггестивных функций языка.

Основной раздел автора
Поделитесь с друзьями:

Материал подготовлен редакцией Lit-ra.su
Ответственный редактор: Николай Камышов (литературовед). Материал составлен на основе академических источников.