Детей, завернутых в одеяла,
Несли на пристань.
Воронок язвой земля зияла,
Шел третий приступ.
На старой барже огонь косматый
С обшивкой грызся,
Сирена выла, и по канату
Бежала крыса.
По узким доскам, по переборкам,
По лужам масла,
Дыша безумьем, шла мать с ребенком
В пеленках красных.
Мы слишком много видали крови,
Чтоб ошибиться.
С тяжелой тучей почти что вровень
Парил убийца.
А вражьи роты уже в предместьях
Ползли, как змеи.
О чем, товарищ, коль не о мести,
Я думать смею?