К другу стихотворцу Александр Пушкин

Краткий анализ стихотворения «К другу стихотворцу»

Суть произведения: Ироничное наставление опытного (по маске лирического героя) поэта юному другу Аристу. Автор убеждает адресата отказаться от сочинительства, рисуя мрачные картины быта литераторов — нищету, зависть и забвение, противопоставляя им спокойную жизнь обывателя.

Главная мысль: Поэзия — это не путь к славе и богатству, а тяжелый крест и высокое служение, которое часто приносит лишь страдания; если можешь не писать — не пиши.

Паспорт произведения

Автор:

Александр Сергеевич Пушкин (1799–1837)

Год написания:

1814 (Период обучения в Царскосельском лицее)

Литературное направление:

Классицизм с элементами зарождающегося реализма. (Стихотворение выдержано в традициях сатиры XVIII века, но отличается живостью языка, свойственной «Арзамасу»).

Жанр:

Послание

Размер и метр:

Шестистопный ямб (александрийский стих) с парной рифмовкой (AABB). Традиционный размер для высокой сатиры и посланий той эпохи.

Тема:

Выбор жизненного пути, судьба поэта, критика графоманства

Текст стихотворения

Арист! и ты в толпе служителей Парнаса!
Ты хочешь оседлать упрямого Пегаса;
За лаврами спешишь опасною стезей,
И с строгой критикой вступаешь смело в бой!
Арист, поверь ты мне, оставь перо, чернилы,
Забудь ручьи, леса, унылые могилы,
В холодных песенках любовью не пылай;
Чтоб не слететь с горы, скорее вниз ступай!
Довольно без тебя поэтов есть и будет;
Их напечатают — и целый свет забудет.
Быть может, и теперь, от шума удалясь
И с глупой музою навек соединясь,
Под сенью мирною Минервиной эгиды [1]
Сокрыт другой отец второй «Тилемахиды» [2].
Страшися участи бессмысленных певцов,
Нас убивающих громадою стихов!
Потомков поздных дань поэтам справедлива;
На Пинде лавры есть, но есть там и крапива.
Страшись бесславия!- Что, если Аполлон,
Услышав, что и ты полез на Геликон,
С презреньем покачав кудрявой головою,
Твой гений наградит — спасительной лозою?
Но что? ты хмуришься и отвечать готов;
«Пожалуй,- скажешь мне,- не трать излишних слов;
Когда на что решусь, уж я не отступаю,
И знай, мой жребий пал, я лиру избираю.
Пусть судит обо мне как хочет целый свет,
Сердись, кричи, бранись,- а я таки поэт».
Арист, не тот поэт, кто рифмы плесть умеет
И, перьями скрыпя, бумаги не жалеет.
Хорошие стихи не так легко писать,
Как Витгенштеину французов побеждать.
Меж тем как Дмитриев, Державин, Ломоносов. [3]
Певцы бессмертные, и честь, и слава россов,
Питают здравый ум и вместе учат нас,
Сколь много гибнет книг, на свет едва родясь!
Творенья громкие Рифматова, Графова
С тяжелым Бибрусом [4] гниют у Глазунова;
Никто не вспомнит их, не станет вздор читать,
И Фебова на них проклятия печать.
Положим, что, на Пинд взобравшися счастливо,
Поэтом можешь ты назваться справедливо:
Все с удовольствием тогда тебя прочтут.
Но мнишь ли, что к тебе рекой уже текут
За то, что ты поэт, несметные богатства,
Что ты уже берешь на откуп государства,
В железных сундуках червонцы хоронишь
И, лежа на боку, покойно ешь и спишь?
Не так, любезный друг, писатели богаты;
Судьбой им не даны ни мраморны палаты,
Ни чистым золотом набиты сундуки:
Лачужка под землей, высоки чердаки —
Вот пышны их дворцы, великолепны залы.
Поэтов — хвалят все, питают — лишь журналы;
Катится мимо их Фортуны колесо;
Родился наг и наг ступает в гроб Руссо; [5]
Камоэнс с нищими постелю разделяет;
Костров на чердаке безвестно умирает,
Руками чуждыми могиле предан он:
Их жизнь — ряд горестей, гремяща слава — сон.
Ты, кажется, теперь задумался немного.
«Да что же,- говоришь,- судя о всех так строго,
Перебирая всё, как новый Ювенал,
Ты о поэзии со мною толковал;
А сам, поссорившись с парнасскими сестрами,
Мне проповедовать пришел сюда стихами?
Что сделалось с тобой? В уме ли ты иль нет?»
Арист, без дальних слов, вот мой тебе ответ:
В деревне, помнится, с мирянами простыми,
Священник пожилой и с кудрями седыми,
В миру с соседями, в чести, довольстве жил
И первым мудрецом у всех издавна слыл.
Однажды, осушив бутылки и стаканы,
Со свадьбы, под вечер, он шел немного пьяный;
Попалися ему навстречу мужики.
«Послушай, батюшка,- сказали простяки,-
Настави грешных нас — ты пить ведь запрещаешь
Быть трезвым всякому всегда повелеваешь,
И верим мы тебе: да что ж сегодня сам…»
— «Послушайте,- сказал священник мужикам,-
Как в церкви вас учу, так вы и поступайте,
Живите хорошо, а мне — не подражайте».
И мне то самое пришлося отвечать;
Я не хочу себя нимало оправдать:
Счастлив, кто, ко стихам не чувствуя охоты,
Проводит тихой век без горя, без заботы,
Своими одами журналы не тягчит,
И над экспромптами недели не сидит!
Не любит он гулять по высотам Парнаса,
Не ищет чистых муз, ни пылкого Пегаса,
Его с пером в руке Рамаков [6] не страшит;
Спокоен, весел он. Арист, он — не пиит.
Но полно рассуждать — боюсь тебе наскучить
И сатирическим пером тебя замучить.
Теперь, любезный друг, я дал тебе совет.
Оставишь ли свирель, умолкнешь или нет?..
Подумай обо всем и выбери любое:
Быть славным — хорошо, спокойным — лучше вдвое.

Толкование устаревших слов и контекста

Арист

Условное имя, часто используемое в поэзии того времени для обращения к другу. Исследователи полагают, что под маской Ариста может скрываться лицейский друг Пушкина — В.К. Кюхельбекер, известный своей страстью к сочинительству.

Парнас, Геликон, Пинд

Горы в Греции, которые в античной мифологии считались обителью Аполлона и Муз. В тексте — символы поэтического творчества.

Минервина эгида

Покровительство богини мудрости Минервы (Афины). Пушкин иронично намекает на бездарных поэтов, которые пишут «под защитой» школы или официальных учреждений.

Тилемахида

Поэма В.К. Тредиаковского, ставшая в литературных кругах символом тяжеловесной, трудной для чтения поэзии.

Витгенштейн

Петр Христианович Витгенштейн — русский военачальник, герой Отечественной войны 1812 года, защитник Петербурга.

Глазунов

Известный книгоиздатель и книготорговец того времени. Фраза «гниют у Глазунова» означает, что книги не покупаются.

Глубокий анализ

История создания и дебют гения

Стихотворение «К другу стихотворцу» занимает особое место в библиографии Александра Пушкина — это его первое опубликованное произведение. Оно увидело свет в 1814 году в журнале «Вестник Европы» (№ 13) за подписью «Александр Н.к.ш.п.» (согласные буквы фамилии в обратном порядке).

На момент написания автору было всего 15 лет, он был лицеистом. Несмотря на юный возраст, Пушкин демонстрирует блестящее владение формой и зрелый скептицизм. Произведение возникло в контексте острой литературной борьбы между «архаистами» (сторонниками Шишкова и «Беседы любителей русского слова») и «карамзинистами» (новаторами, к которым тяготел Пушкин). Высмеивание тяжеловесных од и бездарных поэтов (Рифматова, Графова, Бибруса) — это прямой выпад в сторону литературных противников.

Тематика и проблематика

Центральная тема послания — демифологизация образа поэта. В эпоху романтизма было принято изображать творца как небожителя. Пушкин же, следуя традициям сатиры Буало и Кантемира, «заземляет» этот образ. Он вводит мотив материальной неустроенности: поэт описывается не с лавровым венком, а в холодной мансарде, нищим и голодным.

Проблематика строится на антитезе:

• Слава («бессмертие») — удел единиц (Державин, Ломоносов), но даже она часто приходит посмертно.
• Покой («счастье») — удел обывателя, который не стремится на Парнас.

Пушкин формулирует парадокс: истинный поэт не может не писать, даже осознавая всю тяжесть своего жребия.

Композиция и лирический герой

Композиция стихотворения кольцевая и диалогическая.
1. Экспозиция: Обращение к Аристу с предостережением.
2. Аргументация (Основная часть):
— Сатирическое описание графоманов.
— Исторические примеры трагических судеб великих творцов (Руссо, Камоэнс, Костров).
3. Кульминация (Контраргумент Ариста): Друг уличает самого автора в том, что тот пишет стихи, отговаривая других.
4. Развязка (Притча): История о пьяном священнике, который учит прихожан трезвости. Это самоирония автора: он признает свою «слабость» к творчеству, но не желает такой судьбы другу.

Лирический герой выступает в роли умудренного опытом наставника, хотя биографически автор — юноша. Это литературная маска, позволяющая вести разговор на равных с вечностью.

Средства художественной выразительности

Экспертный взгляд

«К другу стихотворцу» — это уникальный пример раннего пушкинского гения, где за фасадом традиционного классицистического послания скрывается глубокая экзистенциальная грусть. Пятнадцатилетний Пушкин, только вступающий на литературную арену, пророчески предсказывает собственную судьбу. Упоминание «унылых могил» и бедности не выглядит здесь юношеским кокетством; это трезвый взгляд профессионала, понимающего цену слова.

Особого внимания заслуживает финал. Фраза «Быть славным — хорошо, спокойным — лучше вдвое» кажется гимном филистерству, но в контексте всего творчества Пушкина она звучит как горькая ирония. Автор понимает, что для истинного поэта (в отличие от «Ариста») выбор между спокойствием и славой невозможен — «жребий пал». Это стихотворение — манифест обреченности на творчество.

Частые вопросы

Кем был Арист, к которому обращается Пушкин?

Арист — это собирательный образ начинающего поэта. В литературоведении существует версия, что прототипом мог послужить лицейский друг Пушкина Вильгельм Кюхельбекер, который отличался неуемной тягой к стихосложению, часто становясь объектом дружеских насмешек. Однако имя «Арист» было традиционным условным именем в поэзии XVIII века.

В чем смысл притчи о священнике в конце стиха?

Притча о пьяном священнике, который учит крестьян трезвости, служит для самооправдания лирического героя. Пушкин признает непоследовательность своей позиции: он отговаривает друга писать стихи, делая это… в стихах. Смысл в том, что талант — это своего рода «недуг» или призвание, которому невозможно сопротивляться, но сознательно выбирать этот путь без таланта — глупость.

Каков размер стихотворения «К другу стихотворцу»?

Произведение написано шестистопным ямбом (александрийским стихом) с цезурой после третьей стопы и парной рифмовкой. Это «высокий» размер, который традиционно использовался для од, трагедий и дидактических посланий, что создает дополнительный комический эффект при описании бытовых неурядиц поэтов.