Городок Александр Пушкин

Краткий анализ стихотворения «Городок»

Суть произведения: Молодой поэт описывает свой идеальный образ жизни в уединении, противопоставляя тишину кабинета и чтение книг шумной светской суете Петербурга. Это программное стихотворение раннего Пушкина, где он через описание своей библиотеки декларирует собственные литературные вкусы и приоритеты.

Главная мысль: Истинное счастье творца заключается не в чинах и светском успехе, а в свободе, дружбе с великими умами прошлого (книгами) и душевном покое.

Паспорт произведения

Автор:

Александр Сергеевич Пушкин (1799–1837)

Год написания:

1815 (Период обучения в Царскосельском лицее)

Литературное направление:

Сентиментализм с элементами раннего Романтизма (переходный период, становление «легкой поэзии» и арзамасского братства).

Жанр:

Послание

Размер и метр:

Трехстопный ямб с вольной рифмовкой (парная, перекрестная и кольцевая чередуются). Этот размер придает стиху легкость, разговорную интонацию и динамику.

Тема:

Поэтическое уединение, литературное наставничество, свобода творчества.

Текст стихотворения

Прости мне, милый друг,
Двухлетнее молчанье:
Писать тебе посланье
Мне было недосуг.
На тройке пренесенный
Из родины смиренной
В великий град Петра,
От утра до утра
Два года все кружился
Без дела в хлопотах,
Зевая, веселился
В театре, на пирах;
Не ведал я покоя,
Увы! ни на часок,
Как будто у налоя
В великий четверток
Измученный дьячок.
Но слава, слава богу!
На ровную дорогу
Я выехал теперь;
Уж вытолкал за дверь
Заботы и печали,
Которые играли,
Стыжусь, столь долго мной
И в тишине святой
Философом ленивым,
От шума вдалеке,
Шиву я в городке,
Безвестностью счастливом.
Я нанял светлый дом
С диваном, с камельком;
Три комнатки простые —
В них злата, бронзы нет,
И ткани выписны’е
Не кроют их паркет.
Окошки в сад веселый,
Где липы престарелы
С черемухой цветут;
Где мне в часы полдиевны
Березок своды темны
Прохладну сень дают;
Где ландыш белоснежный
Сплелся с фиалкой нежной
И быстрый ручеек,
В струях неся цветок,
Невидимый для взора,
Лепечет у забора.
Здесь добрый твой поэт
Живет благополучно;
Не ходит в модный свет;
На улице карет
Не слышит стук докучный;
Здесь грома вовсе нет;
Лишь изредка телега
Скрыпит по мостовой,
Иль путник, в домик мой
Принед искать ночлега,
Дорожного клюкой
В калитку постучится…
Блажен, кто веселится
В покое, без забот,
С кем втайне Феб дружится
И маленький Эрот;
Блажен, кто на просторе
В укромном уголке
Не думает о горе,
Гуляет в колпаке,
Пьет, ест, когда захочет,
О госте не хлопочет!
Никто, никто ему
Лениться одному
В постеле не мешает;
Захочет — аонид
Толпу к себе сзывает;
Захочет — сладко спит,
На Рифмова склоняясь
И тихо забываясь.
Так я, мой милый друг,
Теперь расположился;
С толпой бесстыдных слуг
Навеки распростился;
Укрывшись в кабинет,
Один я не скучаю
И часто целый свет
С восторгом забываю.
Друзья мне — мертвецы,
Парнасские жрецы;
Над полкою простою
Под тонкою тафтою
Со мной они живут.
Певцы красноречивы,
Прозаики шутливы
В порядке стали тут.
Сын Мома и Минервы,
Фернейский злой крикун [1]
Поэт в поэтах первый,
Ты здесь, седой шалун!
Он Фебом был воспитан,
Из детства стал пиит;
Всех больше перечитан,
Всех менее томит;
Соперник Эврипида,
Эраты нежный друг,
Арьоста, Тасса внук —
Скажу ль?., отец Кандида —
Он всё; везде велик
Единственный старик!
На полке за Вольтером
Виргилий, Тасс с Гомером
Все вместе предстоят.
В час утренний досуга
Я часто друг от друга
Люблю их отрывать.
Питомцы юных граций —
С Державиным потом
Чувствительный Гораций
Является вдвоем.
И ты, певец любезный,
Поэзией прелестной
Сердца привлекший в плен,
Ты здесь, лентяй беспечный,
Мудрец простосердечный,
Ванюша Лафонтен!
Ты здесь — и Дмитрев нежный,
Твой вымысел любя,
Нашел приют надежный
С Крыловым близ тебя.
Но вот наперсник милый
Психеи златокрылой! [2]
О добрый Лафоптеп,
С тобой он смел сразиться…
Коль можешь ты дивиться,
Дивись: ты побежден!
Воспитанны Амуром,
Вержье, Парни с Грекуром
Укрылись в уголок.
(Не раз они выходят
И сон от глаз отводят
Под зимний вечерок.)
Здесь Озеров с Расином,
Руссо и Карамзин,
С Мольером-исполином
Фонвизин и Княжнин.
За ними, хмурясь важно,
Их грозный Аристарх [3]
Является отважно
В шестнадцати томах.
Хоть страшно стихоткачу
Лагарпа видеть вкус,
Но часто, признаюсь,
Над ним я время трачу.
Кладбище обрели
На самой нижней полке
Все школьнически толки,
Лежащие в пыли,
Визгова сочпненья,
Глупона псалмоненья,
Известные творенья
Увы! Одним мышам.
Мир вечный и забвенье
И прозе и стихам!
Но ими огражденну
(Ты должен это знать)
Я спрятал потаенну
Сафьянную тетрадь.
Сей свиток драгоценный,
Веками сбереженный,
От члена русских сил,
Двоюродного брата,
Драгунского солдата
Я даром получил.
Ты, кажется, в сомненье..,
Нетрудно отгадать;
Так, это сочиненья,
Презревшие печать.
Хвала вам, чады славы,
Враги парнасских уз!
О князь, наперсник муз [4]
Люблю твои забавы;
Люблю твой колкий стих
В посланиях твоих,
В сатире — знанье света
И слога чистоту,
И в резвости куплета
Игриву остроту.
И ты, насмешник смелый,
В ней место получил,
Чей в аде свист веселый
Поэтов раздражил,
Как в юношески леты
В волнах туманной Леты
Их гуртом потопил;
И ты, замысловатый
Буянова певец [5],
В картинах толь богатый
И вкуса образец;
И ты, шутннк бесценный [6],
Который Мельпомепы
Котурны и кинжал
Игривой Талье дал!
Чья кисть мне нарисует,
Чья кисть скомпаиирует
Такой оригинал!
Тут вижу я — с Чернавкой
Подщипа слезы льет;
Здесь князь дрожит под лавкой,
Там дремлет весь совет;
В трагическом смятенье
Плененные цари,
Забыв войну, сраженья,
Играют в кубари…
Но назову ль детину,
Что доброю порой
Тетради половину
Наполнил лишь собой!
О ты, высот Парнаса
Боярин небольшой [7]
Но пылкого Пегаса
Наездник удалой!
Намаранные оды,
Убранство чердаков,
Гласят из рода в роды:
Велик, велик — Свистов!
Твой дар ценить умею,
Хоть, право, не знаток;
Но здесь тебе не смею
Хвалы сплетать венок:
Свистовским должно слогом
Свистова воспевать;
Но, убирайся с богом,
Как ты, в том клясться рад,
Не стану я писать.
О вы, в моей пустыне
Любимые творцы!
Займите же отныне
Беспечности часы.
Мой друг! весь день я с ними,
То в думу углублен,
То мыслями своими
В Элизий пренесен.
Когда же на закате
Последний луч зари
Потонет в ярком злате,
И светлые цари
Смеркающейся ночи
Плывут по небесам,
И тихо дремлют рощи,
И шорох по лесам,
Мой гений невидимкой
Летает надо мной;
И я в тиши ночной
Сливаю голос свой
С пастушьего волынкой.
Ах! счастлив, счастлив тот,
Кто лиру в дар от Феба
Во цвете дней возьмет!
Как смелый житель неба,
Он к солнцу воспарит,
Превыше смертных станет,
И слава громко грянет:
«Бессмертен ввек пиит!»
Но ею мне ль гордиться,
Но мне ль бессмертьем льститься?..
До слез я спорить рад,
Не быось лишь об заклад,
Как знать, и мне, быть может,
Печать свою наложит
Небесный Аполлон;
Сияя горним светом,
Бестрепетным полетом
Взлечу на Геликон.
Не весь я предай тленыо;
С моей, быть может, тенью
Полунощной порой
Сын Феба молодой,
Мой правнук просвещенный,
Беседовать придет
И мною вдохновенный
На лире воздохнет.
Покамест, друг, бесценный,
Камином освещенный,
Сижу я под окном
С бумагой и с пером,
Не слава предо мною,
Но дружбою одною
Я ныне вдохновен.
Мой друг, я счастлив ею.
Почто ж ее сестрой,
Любовию младой
Напрасно пламенею?
Иль юности златой
Вотще даны мне розы,
И лить навеки слезы
В юдоли, где расцвел
Мой горестный удел?..
Певца сопутник милый,
Мечтанье легкокрыло!
О, будь же ты со мной,
Дай руку сладострастью
И с чашей круговой
Веди меня ко счастью
Забвения тропой;
И в час безмолвной ночи,
Когда ленивый мак
Покроет томны очи,
На ветреных крылах
Примчись в мой домик тесный,
Тихонько постучись
И в тишине прелестной
С любимцем обнимись!
Мечта! в волшебной сени
Мне милую яви,
Мой свет, мой добрый гений,
Предмет моей любви,
И блеск очей небесный,
Лиющих огнь в сердца,
И граций стан прелестный,
И снег ее лица;
Представь, что, на коленях
Покоясь у меня,
В порывистых томлепьях
Склонилася она
Ко груди грудыо страстной,
Устами на устах,
Горит лицо прекрасной,
И слезы на глазах!..
Почто стрелой незримой
Уже летишь ты вдаль?
Обмапет — и пропал
Беглец невозвратимый!
Не слышит плач и стон,
И где крылатый сои?
Исчезнет обольститель,
И в сердце грусть-мучитель.
Но все ли, милый друг,
Быть счастья в упоенье?
И в грусти томный дух
Находит наслажденье:
Люблю я в летний день
Бродить один с тоскою,
Встречать вечершо тень
Над тихою рекою
И с сладостной слезою
В даль сумрачиу смотреть;
Люблю с моим Мароном [8]
Под ясным небосклоном
Близ озера сидеть,
Где лебедь белоснежный,
Оставя злак прибрежный,
Любви и неги полн,
С подругою своею,
Закинув гордо шею,
Плывет во злате волн.
Или, для развлеченья,
Оставя книг ученье,
В досужный мне часок
У добренькой старушки
Душистый пью чаек,
Не подхожу я к ручке,
Не шаркаю пред ней;
Она не приседает,
Но тотчас и вестей
Мне пропасть наболтает.
Газеты собирает
Со всех она сторон,
Все сведает, узнает:
Кто умер, кто влюблен,
Кого жена по моде
Рогами убрала,
В котором огороде
Капуста цвет дала,
Фома свою хозяйку
Не за что наказал,
Антошка балалайку,
Играя, разломал,—
Старушка все расскажет;
Меж тем как юбку вяжет,
Болтает все свое;
А я сижу смиренно
В мечтаньях углубленный,
Не слушая ее.
На рифмы удалого
Так некогда Свистова [9]
В столице я внимал
Когда свои творенья
Он с жаром мне читал,
Ах! видно, бог пытал
Тогда мое терпенье!
Иль добрый мой сосед,
Семидесяти лет,
Уволенный от службы
Майором отставным,
Зовет меня из дружбы
Хлеб-соль откушать с ним.
Вечернею пирушкой
Старик, развеселясь,
За дедовскою кружкой
В прошедшем углубясь,
С очаковской медалью
На раненой груди,
Воспомнит ту баталыо,
Где роты впереди
Летел па встречу славы,
Но встретился с ядром
И пал на дол кровавый
С булатным палашом.
Всегда я рад душою
С ним время провождать,
Но, боже, виноват!
Я каюсь пред тобою,
Служителей твоих,
Попов я городских
Боюсь, боюсь беседы,
И свадебны обеды
Затем лишь не терплю,
Что сельских иереев,
Как папа иудеев,
Я вовсе не люблю,
А с ними крючковатый
Подьяческий народ,
Лишь взятками богатый
И ябеды оплот.
Но, друг мой, если вскоре
Увижусь я с тобой,
То мы уходим горе
За чашей круговой;
Тогда, клянусь богами,
(И слово уж сдержу)
Я с сельскими попами
Молебен отслужу.
______________________
[1] Вольтер.
[2] И. Ф. Богданович.
[3] Имеется в виду ЗК.-Ф. Лагарп.
[4] Кн. Д. П. Горчаков — автор популярных в то время рукописных сатирических посланий и ноэлей.
[5] В. Л. Пушкин — дядя А. С. Пушкина, автор поэмы «Опасный сосед».
[6] И. А. Крылов.
[7] И. С. Барков — автор порнографических стихотворений.
[8] Вергилий.
[9] Гр. Д. И. Хвостов.

Толкование устаревших слов

Камелек

Небольшой камин или печка для обогрева комнаты, символ домашнего уюта.

Аониды

Музы, покровительницы искусств. В поэтическом языке того времени — синоним вдохновения.

Тафта

Глянцевая, плотная, тонкая ткань из шелка. Здесь используется для описания занавесок на книжных полках.

Аристарх

Имя греческого критика Аристарха Самофракийского, ставшее нарицательным для обозначения строгого и придирчивого рецензента.

Кубари

Детская игра с вращающимся волчком (кубарем).

Глубокий анализ

История создания и контекст

Стихотворение «Городок» написано в 1815 году, когда Пушкин был лицеистом. Это произведение является ключевым для понимания литературной позиции юного поэта. Адресатом послания («милый друг») традиционно считается князь Н.И. Трубецкой, хотя текст имеет обобщенный характер обращения к единомышленнику.

В «Городке» отразилась острая литературная полемика того времени между «архаистами» (сторонниками Шишкова и «Беседы любителей русского слова») и «новаторами» (будущими арзамасцами, к которым тяготел Пушкин). Через описание своей библиотеки поэт выстраивает иерархию ценностей: он отвергает тяжеловесные оды и «глупона псалмопенья», выбирая легкость, остроумие и вольтерьянство.

Тематика и проблематика

Центральная тема произведения — апология частной жизни и творческой свободы. Лирический герой демонстративно отказывается от карьеры и светской суеты («Навеки распростился с толпой бесстыдных слуг») в пользу «безвестности счастливой». Это дань моде на горацианскую традицию (мотив «Beatus ille» — «Блажен тот…»).

Важнейший пласт стихотворения — литературный манифест. Пушкин создает своего рода канон, перечисляя любимых авторов: Вольтера, Парни, Лафонтена, Державина, Батюшкова. Особое место занимает сатира на графоманов (Хвостова, Шаховского), чьи книги отправлены на нижнюю полку «под пыль».

Композиция и лирический герой

Композиция стихотворения трехчастна и строится на антитезе:

• Вступление: Контраст между суетной жизнью в Петербурге и покоем в «городке».
• Основная часть (описание кабинета): Детальный обзор библиотеки, который служит характеристикой внутреннего мира героя. Здесь же появляются зарисовки быта (разговоры со старушкой, встреча с отставным майором).
• Заключение: Философское размышление о славе, бессмертии и надежда на встречу с другом.

Лирический герой предстает в образе «ленивого философа», эпикурейца, ценящего душевный покой, дружескую беседу и изящную словесность выше государственных чинов.

Средства художественной выразительности

Экспертный взгляд

«Городок» — это уникальный эго-документ эпохи, фиксирующий момент рождения русского литературного языка «золотого века». Пушкин здесь выступает не просто как ученик, подражающий французским образцам (Парни, Вольтеру), но как архитектор новой русской словесности. Он смело смешивает «высокое» (размышления о бессмертии) и «низкое» (болтовня старушки о капусте), разрушая классицистическую иерархию стилей.

Особого внимания заслуживает пророческий мотив в финале: «Не весь я предан тленью». Эта мысль позже разовьется в знаменитом «Памятнике». В 1815 году это звучит как юношеская надежда, но уже тогда Пушкин интуитивно ощущал масштаб своего дарования, скрывая это ощущение за маской «ленивого мудреца» и светского шалуна.

Частые вопросы

Кто такой «милый друг», к которому обращается Пушкин?

В пушкиноведении принято считать, что послание адресовано князю Николаю Ивановичу Трубецкому. Однако образ друга в стихотворении собирательный — это идеальный собеседник, разделяющий литературные вкусы и жизненную философию автора.

Почему в стихотворении так много имен других писателей?

Это характерная черта жанра литературного послания. Пушкин перечисляет своих «учителей» (Вольтер, Державин, Батюшков) и «антиподов» (Хвостов, Шаховской), тем самым обозначая свою позицию в литературной борьбе того времени между новаторами и архаистами.

В чем смысл противопоставления Петербурга и «городка»?

Петербург здесь символизирует официоз, лицемерие, службу и суету («толпа бесстыдных слуг»). «Городок» (подразумевается Царское Село) — это пространство свободы, творчества, искренности и душевного покоя, необходимого для вдохновения.